Повесть Лии Симоновой «Круг» написана в 1988 году (или в 1989 - не смогла найти точную дату). Это книга о школе, о взаимоотношениях учителей, учеников и их родителей, о том, возможно ли найти понимание между ними.
Место действия — элитная показательная школа. Так принято считать в учительской среде, а вот дети считают ее показушной. И это верно, потому что за внешним лоском скрываются непрофессиональные педагоги, конфликты между учениками и учителями...
В центре сюжета — противостояние старшеклассников с учителями. И хотя проблема взаимоотношений в школе актуальна и по сей день (быть может, даже сейчас в бОльшей степени, чем в 80-е), в исполнении Лии Симоновой она мне показалась излишне утрированной. Как излишне утрированы оказались и образы героев, слишком уж прямолинейны.
Учителя. В повести мы встречаем довольно классические типы: сомневающийся учитель, ни во что не вмешивающийся учитель, учитель - противник всего нового, молодой учитель, подающий надежды.... Какими бы разными ни были взгляды у педагогов на воспитание детей, у них есть общая черта: они оказываются беспомощными перед детским бунтом, не способными его погасить так, чтобы не «перегнуть палку», так, чтобы дети были не задавлены, а поняты и услышаны. И действительно страшно звучат слова директора школы после конфликта с одной из учениц:
|
|
Я не знаю, что должен делать учитель, когда ученик угрожает ему? – сухо пояснила свою позицию Надежда Прохоровна, и Анатолий Алексеевич увидел на ее лице следы бессонных ночей. – Когда я не знаю, как поступать, я не поступаю никак. Не обессудьте. Не вступать же мне в противоборство с девчонкой на равных. Хотя я больше для нее не учитель: грубостью и угрозами она лишила меня этого права. Понимаете? Это страшно.
|
Страшно бессилие и отчаяние.
И даже молодой учитель истории, которому, как кажется, в какой-то момент удается найти ключ к взаимопониманию с детьми («их не как-нибудь надо выслушать, а так, как это делали старые доктора, прикладывая ухо к самой груди»), не может спасти ситуацию. И он сам в себе не уверен. По иронии судьбы в аспирантуре ему предложили написать диссертацию на тему: «Личность и коллектив в условиях реформы средней школы». А можно ли писать об этом, если сам не в состоянии справиться? Автор повести пишет о своем герое:
|
|
Новому времени нужны были новые идеи и новые люди. Он был молод. Но был ли он новым?..
Анатолий Алексеевич обнаруживал и в себе то же бессилие.
Что принесет он детям, заменив Викторию Петровну?
Что нового скажет своей диссертацией, если не поймет, как выбраться из страшного круга, в котором так тесно переплелись мертвые и живые?
|
Ученики. Советские школьники, живущие в сложное время (последние годы существования Советского Союза). Но дело не во времени вовсе. А в них самих. Единственное, что их объединяет, — это борьба со взрослыми, и они жестоки в этой борьбе. А между тем внутри коллектива все же нет единства, потому что дети сгруппированы, что называется, «по интересам»: кто-то борется за лидерство в классе, кто-то — за парня, образуя любовные треугольники, кто-то — за место в комсомоле или возможность поехать с концертом за границу.
Образы учеников узнаваемы, как узнаваемы и их проблемы, мечты и несбывшиеся надежды, их комплексы и реакции на происходящие события. Они жестоки ко всем: и к учителям, и к родителям, и друг к другу... Но это не причина — это следствие.
|
|
... и пытался представить себе, что посоветовала бы ему мама? Вспоминая, как она пришла однажды из школы, потрясенная жестокостью своего ученика, долго не могла успокоиться и говорила, что дети становятся жестокими и неуправляемыми, когда теряют веру во взрослых, уважение к их словам и поступкам.
Он спросил тогда, как же поступать в такой момент? И мама не задумываясь ответила: «Только не выяснять отношений. Бесполезно. Влиять в такой момент бесполезно». Улыбнулась и добавила: «Поступать надо как труднее всего — лечить терпением, ждать и надеяться. Если не на полное выздоровление, то хотя бы на улучшение душевного самочувствия...»
|
И все же это дети. Все разные, но в исполнении автора повести их характеры вполне типичны. Ну у кого в классе не было первой красавицы и ее антипода, парня, который способен очаровать каждого, но в душе которого — пустота, комсомольского активиста, правдоискателя и т.д.? Это дети, чье мнение никого не интересует: ни в школе, ни дома, — но эти дети уже выросли, они личности, которые хотят, чтобы их услышали и поняли. Поэтому горько звучат слова, которые они пишут о себе и мире вокруг:
|
|
Взрослые народ загадочный. Некоторые черствы, другие заносчивы, а иные назойливо добросердечны. А те, о ком Сент-Экзюпери сказал: «Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко и от этого, признаться, не стал думать о них лучше», - враги.
У нас переходный возраст. Формируются наши взгляды, характеры, вкусы, отношение к жизни, а мы то и дело сталкиваемся с грубостью, цинизмом, лицемерием и фальшью. Может, это хорошо? Закалимся?
Равнодушный стал, потому что никто меня не понимает, даже лучшие друзья.
Мир, в котором мы живем, ужасен. Все лгут, притворяются, тянут одеяло на себя.
Моя наипервейшая цель — как можно больше знать. Вам покажется странным услышать такое признание из уст неуспевающего ученика. Но мне так скучно учиться в школе, что я не знаю, дотяну ли до аттестата?
Меня оскорбляет, что люди старше меня всего на пять-шесть (не более десяти) лет относятся ко мне и моим сверстникам как к детям. Еще больший разрыв происходит с поколением, чья молодость прошла во время правления Иосифа Виссарионовича Сталина. Эти люди не способны к решительным действиям, могущим дать результаты. Может быть, что-то сможем мы?
Один древний греческий философ, не помню, какой, сказал что-то вроде того, что нужно свернуть с проложенного пути. Пусть ты заблудишься, но зато сам найдешь дорогу к солнцу и свету. Пускай я буду спотыкаться и падать, но подниматься и идти вперед. Главное — идти. Своим путем. Не хочу правдами и неправдами в институт, хочу просто работать. И чтоб рядом друзья и девчонка, которая мне нравится.
Конфликты с родителями и учителями происходят, по-моему, из-за неумения взрослых общаться с детьми.
Наверное, мы несчастливое поколение, потому что не доверяем друзьям, а тем более взрослым. Взрослые, превратив нас по подобию своему в консервные банки с удобной для них начинкой, забыли приложить к этим банкам ключи и сердятся, что не могут открыть. На кого сердятся?
|
И права оказывается бабушка одной из героинь в том, что изначально есть «трудные взрослые»...
.jpg)
